День примирения и согласия - печальный праздник в память всех, кто пал (и просто был участником) великой, братоубийственной бойни - Гражданской войны. По иронии судьбы, именно на 7 ноября приходится день рождения человека, который в те кровавые годы ни с кем не искал ни примирения, ни согласия и дрался против всех - белых, немцев, петлюровцев, красных... Это Нестор Махно.

Махно, которого мы знаем

Махно Нестор Иванович. Родился в 1888 г. в селе Гуляйполе в Екатеринославской губернии в крестьянской семье. Отец умер, когда мальчику было одиннадцать месяцев. Махно закончил четырехклассную земскую школу, от бедности был сдан семьей в батраки, потом работал маляром, поступил на чугунолитейный завод. В октябре 1906 г. вступил в местную анархистскую организацию "Союз бедных хлеборобов". Участвовал в налетах на местных богачей и немецких колонистов. В 1907 г. за соучастие в убийстве пристава впервые арестован, выпущен за недоказанностью, вскоре арестован опять и в конце концов по совокупности обвинений приговорен к повешению. Мать написала умоляющее письмо императрице Александре Федоровне, и, поскольку преступления, в которых его обвиняли, Махно совершил несовершеннолетним, Николай II собственноручной резолюцией заменил смертную казнь на пожизненную каторгу. Махно содержался в Бутырках в кандалах. В тюрьме активно занимался самообразованием: "прочитал всех русских писателей, начиная с Сумарокова и кончая Львом Шестовым" (из автобиографии). Под влиянием анархиста Петра Аршинова-Марина, сокамерника и будущего соратника, его идейные взгляды окончательно оформились.

Освобожден Февральской революцией. Вернулся в Гуляйполе. Как каторжанин, пострадавший за народные идеалы, пользовался непререкаемым авторитетом. Избран председателем Гуляйпольского крестьянского союза, объявил о ликвидации помещичьего землевладения и начал аграрную реформу. Вместе с единомышленниками-анархистами занимался созданием "вольных коммун", замышлявшихся как своеобразные автономные агропромышленные хозяйства. Сам Махно в одной из них по два дня в неделю работал физически - в поле или механиком при машинах. Вскоре, однако, Украину захватили немцы, коммунары были вынуждены бежать на юг России. Сформированный Махно отряд совместно с анархистским отрядом Маруси Никифоровой сопровождал коммунарский эшелон в качестве охраны, постоянно вступая в бои.

Весной 1918 года Махно приехал в Москву. Его целью была встреча с общепризнанным вождем анархистов - князем Петром Кропоткиным. Кропоткин, уже пожилой человек, с симпатией отнесся к молодому страстному революционеру, но ехать с ним на Украину отказался. Тогда Махно пришел в Кремль, где имел долгую беседу с Лениным и Свердловым. С их благословением начать партизанскую войну против немцев и гетмана Скоропадского Махно в июле 1918 года тайком вернулся в Гуляйполе.

С этого момента начинается грандиозная эпопея "махновщины". Войско "батьки" из маленького партизанского отряда выросло в многотысячную армию. Рассказ обо всех перипетиях махновщины занял бы слишком много времени и требует погружения в историю Гражданской войны на Украине. Махно воевал со всеми - с немцами, с петлюровцами, с белыми, с красными. Несколько раз он вступал в соглашение с советской властью, его даже наградили орденом Красного Знамени № 4, но "любви и дружбы" все равно не получалось: то красные предательски нарушали соглашения, то Махно отказывался выполнять приказы.

Последний союз Махно и большевиков был заключен в сентябре 1920 года. В победе над Врангелем махновцы сыграли одну из решающих ролей. Но уже через неделю после разгрома белых Фрунзе отдал приказ: махновские части переформировать, смешать с обычными красноармейскими и перебросить на Северный Кавказ. Это было демонстративным нарушением подписанных ранее договоренностей. Махновцы отказались подчиниться. В ответ нескольких их командиров предательски убили. Махно восстал вновь и был в очередной раз объявлен врагом советской власти. Почти год длилась отчаянная "большая малая война", правду о которой утаивала советская историография: маневренные и дерзкие махновские отряды громили прославленных красных полководцев. Лишь за счет невероятного перевеса в численности и жесточайшего террора против поддерживавшего Махно местного населения батьку удалось победить.

30 октября 1921 года с последним небольшим отрядом (77 сабель) раненый Махно перешел Днестр и оказался на румынской территории. Советское правительство требовало его выдачи, румыны не знали, как быть. Батьку и его отряд интернировали. От безысходности большинство его соратников решили сдаться красным. Самому Махно, его жене Галине Кузьменко и нескольким наиболее близким бойцам румыны дали возможность выехать в Польшу - тем более что махновцы в Румынии потихоньку занялись грабежами. В Польше "батьку" в своих интересах пытались использовать самые разные силы - петлюровцы, балаховцы; Галина от имени Махно пыталась вести осторожные переговоры с советским посольством - обсуждалась идея поднять в Галиции антипольское крестьянское восстание. Кончилось тем, что поляки посадили Махно, Галину и всех, кто с ними был, в тюрьму, но, ничего не доказав в суде, отпустили. В тюрьме в 1922 году Галина родила дочь.

С 1923 года Махно жил с семьей в Париже. Они бедствовали. Вообще-то еще в Гражданскую Махно "на черный день для будущего дела" закопал несколько ведер с драгоценностями и золотом (например, в селе Гавриловка - ценности из екатеринославского ломбарда), но ОГПУ всех посланных "верных людей" перехватило и клады изъяло. Батька зарабатывал на жизнь, работая столяром на киностудии, плел какие-то тапочки... При этом активно участвовал в анархистском "Черном Интернационале", выступал в анархистской прессе, был окружен почтением многочисленных единомышленников. Умер в 1934 году в парижском госпитале для бедных..

Махно, которого мы не знаем

В этом человеке поражает фантастическая жизненная сила. С юности у него не было одного легкого - в 1911 году в Бутырской тюрьме Махно заболел туберкулезом, ему сделали операцию. Чахоткой страдал всю жизнь, время от времени (например, в дни польского заключения) болезнь обострялась. Собственно, простуда, обострившая туберкулез, и стала причиной его смерти; простудился же Махно (по некоторым данным), участвуя в рабочей демонстрации в Париже. В годы Гражданской он тяжело переболел тифом. За войну был ранен 12(!) раз. В Румынию Махно вывозили на тачанке, тяжело контуженного, с перебитой ногой. Всю оставшуюся жизнь Махно хромал. Впечатления физически сильного человека не производил, горбился, говорил быстрым, журчащим, певучим тенорком.

Описание Гуляйполя, памятное нам по, например, толстовскому "Хождению по мукам" - этакая бесконечная разудалая вольница - видимо, не совсем верно. По крайней мере, сохранились воспоминания красных разведчиков, засылавшихся в "Махноград": настороженная атмосфера, поддерживается строгий порядок, работают мастерские (ремонтировались тачанки и оружие), действуют лазареты - словом, нормальный центр воюющей армии. Формально в махновском войске на время боевых действий был даже введен сухой закон - понятно, что он просто не соблюдался. Да и сами представления о махновцах как о бесшабашной орде тоже относительны. При всей своей разнородности и живописности это была действительно армия, воевавшая скоординированно, бравшая города, со штабом, с отличной разведкой (деревенские бабы и пацаны проникали куда угодно, сведения о противнике поставляли быстро и точно). В разные периоды у махновцев была своя артиллерия, бронепоезда, одно время Махно перемещался даже на самолете.

Махно был одним из немногих "полевых командиров" Гражданской войны, который вел (вернее, пытался вести) мудрую, основанную на здравом смысле, национальную политику. В рядах его армии, наряду с украинцами и русскими, воевали не просто греки, болгары или евреи - это были греческие, болгарские и еврейские воинские формирования, дравшиеся насмерть. Да, при случае махновские командиры (например, бывший потемкинец Демержи) могли устроить погром в подвернувшемся беззащитном местечке. Кого-то Махно за это расстреливал (убийство своего соперника - атамана Григорьева Махно обосновал, в частности, тем, что Григорьев устроил порочащий повстанцев еврейский погром в Александровске). Кого-то просто журил. После одного из таких погромов к Махно пришли пострадавшие. Батька сказал: мне вас защищать некогда, я вам лучше винтовки дам, в случае чего стреляйте даже в моих хлопцев, наказывать не буду. Самуил Шварцбард, который, мстя за погромы, застрелил в Париже Петлюру, был дружен с Махно. Махно, тем не менее, убийство не одобрил: мало ли где ребята куражились, разве ж атаман за всеми уследит? Сам он в мемуарах с гордостью писал, что "воспитал в себе глубокую ненависть к антисемитизму еще со времен 1905-1906 годов". Махно боролся за самостийную Украину, но украинского шовинизма не любил.

Махно настолько яркая фигура, что за ней мельче и неразличимее видятся личности его соратников. Между тем это тоже люди незаурядные. Его штаб возглавлял бывший паровозный машинист Виктор Белаш, обнаруживший талант великолепного тактика. Военно-революционный совет - Всеволод Волин (Эйхенбаум), брат знаменитого литературоведа Бориса Эйхенбаума, широко образованный человек, философ, публицист.

То, что начальник махновской контрразведки Лев Зиньковский-Задов после Гражданской войны стал чекистом, известно. (Кстати, этот двухметрового роста, бритоголовый, очень спокойный человек совершенно не походил на придурочного Левку из "Хождения по мукам"). Менее известно, как сложились судьбы остальных крупных махновцев, оставшихся в СССР. В 1924 году "идейные анархисты" пытались собрать подпольный съезд, но были арестованы. Похоже, в их судьбе и судьбе других бывших махновцев трагическую роль сыграл тот самый Виктор Белаш - попав в ЧК, он в тюрьме согласился "сотрудничать". Несколько раз Белаш объезжал бывших товарищей по борьбе, отыскивал их, навещал, выпивал, вспоминал былое, расспрашивал - а потом писал отчеты. Амнистированные в 1927 году, махновцы, в общем-то, спокойно врастали в советскую жизнь. Бывшие командиры махновских полков учительствовали, бригадирствовали, работали в кооперации, многие получили удостоверения "красных партизан" - хотя и жаловались, что "притесняют". Позднее одного за другим их начали брать. В 37-м расстреляли всех, включая Белаша. Судя по его отчету (полностью приведен, в частности, в книге Л. Яруцкого "Махно и махновцы"), последняя реальная акция "идейных анархистов" - организованная примерно в 1936 году в Краснодаре забастовка "хлорировщиков, которые по городу обеззараживают клозеты".

Константин Паустовский в "Повестях о жизни" рассказывает, как он видел "батьку". Махновский эшелон должен был проследовать через небольшую станцию Помошная. Задерживающим движение по телеграфу обещан "вселенский расстрел". И вот состав идет. На одну из платформ загнано роскошное княжеское ландо. На заднем сиденье, поигрывая маузером, сидит щуплый длинноволосый человечек с бешеными глазами - Махно. Взгляд исподлобья ловит одинокую фигуру в железнодорожной шинели на перроне - трясущийся от страха дежурный с флажком. Махно вскидывает маузер, почти не целясь, стреляет - дежурный, многодетный отец, падает мертвым. Махно убил случайного, ни в чем не повинного человека просто так, потому что в недобрый час на глаза попался. Эту историю тоже будем помнить - чтобы не идеализировать особо Нестора Ивановича.

Гуляйполе "батьку" не забыло

В городе со свободолюбивым названием Гуляйполе (райцентр Запорожской области; около 30 тысяч жителей, несколько крупных предприятий) 115-летие со дня рождения Нестора Махно как-то особо отмечаться не будет - дата не круглая.

Как рассказали "Известиям" в городской администрации, серьезные торжества были пять лет назад, на 110-летие. Тогда на стадионе прошел театрализованный праздник - казачий парад, конные трюки, фехтование на шашках; в Запорожье организовали научно-практическую конференцию; съехались молодые анархисты - почитатели Нестора Ивановича.; во дворе музея был поставлен памятный знак - большой деревянный крест А сейчас... Нет, помним и чтим, просто дата не круглая.

Тем не менее, научный сотрудник Гуляйпольского краеведческого музея Сергей СЕРЕГИН готов в случае чего провести тематические экскурсии: мало ли какие гости заглянут. Гости иногда заглядывают самые неожиданные. Недавно, например, была юная француженка, специально отправившаяся из Парижа в Гуляйполе, чтобы поклониться родине своего кумира - великого борца за народное счастье, чей прах покоится на кладбище Пер-Лашез рядом с могилами парижских коммунаров. Сам Сергей Серегин - автор книги "Третий путь" об истории махновского движения.

- Сергей Владимирович, большая у вас в музее экспозиция, посвященная Махно?

- Специальной экспозиции нет, как нет в городе и отдельного музея Махно. Есть закладной камень на месте будущего памятника и мемориальная доска на здании, где в Гражданскую располагался штаб Нестора Ивановича. А в музее - общая экспозиция по периоду революции и Гражданской войны. Но понятно, что в Гуляйполе тему махновского движения не обойдешь. Какие экспонаты? Документы, фотографии, вещи того времени. Вы не думайте, что просто было их собрать. Как раз в Гуляйполе все, что связано с махновщиной, уничтожалось особенно тщательно. Сами люди уничтожали. Во времена репрессий в городе раскрыли несколько якобы заговоров бывших махновцев, шли аресты, вот народ и кинулся уничтожать все, что с махновщиной было связано...

- Но тачанка есть?

- Тачанка есть. Подлинная. В смысле - того времени. С тачанками проще всего. Они в здешних колхозах до семидесятых годов бегали. Только без пулеметов.

- Много ли потомков махновцев живет сейчас в Гуляйполе?

- Трудно сказать. Старшее поколение боялось признаваться. В Гражданскую у Махно служило 70 процентов мужского населения города - вот и считайте правнуков. Начальник снабжения махновской армии Григорий Серегин - это брат моего прадеда. Начальник формирования резервов Иван Новиков - брат моей бабушки. Я думаю, такое родство у многих, просто признаются не все. Если говорить о потомках самого Нестора Ивановича... Этой весной умер его внучатый племянник Виктор Иванович Яланский. Он всю жизнь проработал на нашем заводе сельхозмашин, а на пенсии стал собирателем махновского рода - списывался, искал... Более близких родственников уже, наверное, не осталось. Жена Махно, Галина Кузьменко, умерла в 1978-м в Джамбуле (в эмиграции она жила во Франции, потом немцы угнали в Германию, оттуда после победы вывез СМЕРШ). Галина переписывалась с Яланским, в 1976-м приезжала в Гуляйполе. Там же, в Джамбуле, в 1991-м умерла и дочь, Елена Михненко. Вроде бы у Елены оставался муж, но Яланский незадолго до смерти жаловался, что тот не отвечает на письма, наверное, тоже умер. Живы потомки Каретника, одного из главных махновских командиров, но очень дальняя родня. В Геленджике живет сын Льва Зиньковского-Задова.

- Откуда путаница в фамилиях - Махно, Михненко?.. В некоторых исследованиях говорится, что настоящая фамилия Нестора Ивановича - Михненко, а Махно - прозвище.

- Нет. Я видел в Запорожском областном архиве запись о крещении в церковной книге. Почерк витиеватый, фамилию можно прочитать как "Махно" или "Михно", но не "Михненко". Да бросьте вы, родня же здесь жила, что они - не знали, как настоящая фамилия? Но дочку за границей Нестор Иванович действительно записал "Михненко". Почему? Наверное, понимал: с фамилией "Махно" и отчеством "Несторовна" ей в жизни непросто будет.

- Вы свою книгу назвали "Третий путь"...

- В Гражданскую войну была популярна фраза: у крестьянства два пути - или с революцией или с контрреволюцией. Но крестьянство само стихийно искало третий путь. Махновщина - один из примеров такого поиска.

- Слова "Гуляйполе", "Махно", "махновцы" - это уже знаковые понятия. Песни, фильмы, известность во всем мире. Никому не приходило в голову зарегистрировать их в качестве местной торговой марки?

- Вопрос не ко мне. Я знаю, что одно время была идея сделать туристские маршруты по дорогам Махно и махновцев. А что, пусть бы люди приезжали!

"Народный идеал свободы"

Собеседник "Известий" - писатель Василий Голованов, автор книги "Тачанки с юга. Художественное исследование махновского движения".

- Василий, поиграем в альтернативную историю. У Махно был шанс победить?

- Махно, возможно, мог победить, если бы на последнем этапе Гражданской войны объединился с Врангелем. Подчеркиваю - не с белыми вообще, а именно с Врангелем. Врангель был за реформы, принятый им пакет законов не противоречил тому, что требовал Махно. Может, и поняли бы друг друга. Кстати, Врангель искал подходы к Махно. Попытки провалились (да они с самого начала были обречены на провал), но интересно, что сама такая идея прорабатывалась. Дальше можно фантазировать. Махно входит во врангелевскую армию на правах, например, командира отдельной армии. Допустим, вместе они отбиваются от красных. Страна измотана войной, враждующие стороны подписывают мир, и возникает вот такое вот пространство: часть под Врангелем, часть под Махно. Что потом? Махно начал бы строить свой крестьянский рай. Насколько удачно - отдельный разговор, но ясно, что продовольственную проблему здесь решили бы быстро. За Врангелем был интеллектуальный потенциал, возможность внешних связей. И глядишь, вызрело бы совершенно особое государство - новая Россия, новая Украина.

Но это - фантазии. Диалог "белой и черной кости" в 1921 году был невозможен по определению - слишком долго длилась беспощадная взаимная резня, слишком много уже пролилось крови. Гражданская война не могла сама себя переиграть. И Махно мог пойти лишь на губительный для него союз с красными.

- Продолжим ассоциативный ряд: Махно... Емельян Пугачев...

- Стенька Разин... Эмилиано Сапата в Мексике... Все те вожаки крестьянских движений, которые остались в памяти народов героями. Эти люди воплощали в себе идеал свободы - так, как он понимался в их время. Отделиться от власти, организовать свое место жительства, место обороны, завоевать право жить в соответствии со своими ценностями, идти своим путем - согласитесь, привлекательная идея. Не забывайте, махновцы - это географически потомки запорожских казаков. В те годы в них словно проснулись спавшие гены. Каменев писал: "Настоящая Сечь"!

Сайт Нестора Ивановича

30-летний экономист Сергей Шведов создал в Интернете "Официальный сайт Нестора Ивановича Махно" - www.makhno.ru

- Сергей, согласитесь - для современного молодого человека, банковского служащего, такая увлеченность фигурой крестьянского атамана, воевавшего восемьдесят лет назад, необычна.

- Меня и моих друзей заботит прежде всего восстановление исторической справедливости. Никаких коммерческих или политических интересов мы не преследуем. Просто на Махно и его соратников в свое время вылили столько грязи, что захотелось узнать - что же там было на самом деле? Ну а заинтересовавшись - рассказать.

На нашем сайте можно прочесть мемуары Нестора Ивановича, исследования о нем и его соратниках. Есть богатый фотоматериал. Мы не популяризируем и не идеализируем Махно - хотя бы потому, что любое излишнее очарование чревато разочарованием. Но отдать ему должное нужно. Ведь интерес к этой фигуре большой. Я бы даже сказал, что Махно стал частью молодежной субкультуры - вспомните хотя бы песни группы "Монгол-Шуудан".

- Сайт давно действует?

- Год. И за это время - почти семьдесят тысяч посещений. По-моему, неплохой показатель…