Украинка Евдокия Вышимирская - самая старая жительница планеты. Ей 114 лет. Она почти на год старше рекордсменки Книги Гиннесса Хендрике ван Андель-Шиппер, жительницы Нидерландов. Евдокия родилась в 1890 году, прошла через три века, одну Гражданскую, две мировые войны и "не менее сложное мирное время, когда денег не плотют". Она пережила своих детей и внуков. В отличие от голландки украинка Евдокия бодро поднимает рюмку за свое здоровье, справляется с огородными делами и слывет самой лучшей вышивальщицей Черкасской области и окрестностей. Ее история - продолжение серии публикаций "Известий" о самых необычных людях, живущих вопреки всему и несмотря ни на что.

В райцентре Каменка, где сейчас обосновалась Евдокия, ее зовут Явдохой - так украинскому уху привычнее. Каменка - из тех городов, в которые люди приходят жить прямо из природы - со своими полями, огородами. Теперь Явдохино владение - веранда в частном доме, откуда солнце и весь двор видно. В подручных у Вышимирской - ее родственники: внук с женой да правнук с праправнучкой. Ценные указания им Евдокия раздает легко - глуховата стала, возражений не слышит. Никаких иных болезней у Явдохи нет - ни разу не лежала в больнице, никогда к врачам не обращалась. Говорит, потому и выжила.

Явдоха в белом платочке встречает нас радостно у входа: "А что, правда, что я в мире самая старая?" Наряд у Явдохи антикварный, голос - басовитый, глаз - живой. "А что, в Москве женихи есть?" - интересуется почти по-ильфо-петровски. "А то у нас все кончились - одни не выросли, другие не родились. А замуж хочется".

С замужеством у Явдохи "казус получился": хотела выйти за Юхима, да родители не пустили. Эта история 1910 года до сих пор не дает Явдохе покоя: "Я и так, и этак батькам расписывала, какой Юхим знатный кавалер, а они - нет и все: бедный, мол. Я поплакала и решила вообще замуж не ходить".

Явдоха слово свое держала до 39 лет. "Потом появилась цыганка, пошла по селу и мне нагадала, что за плечами у меня вдовец ходит. Мне его подружка тут же и сосватала. Марком звали. У него жена умерла. Марк к моему отцу заявился: мол, отдайте девку за меня. Даже не догадался, что девка я - старая".

С Явдохиной внешностью явно что-то не то: в 40 выглядела на 20, в 100 - на 70. Но в чем она точна, так в цифрах и градусах. 50-оборотную самогонку завсегда от 60-градусной отличит - не обманешь. Вино Явдоха делает, но не пьет, пиво варит, но не потребляет. Другое дело - горилка. Ее Явдоха смакует как божественный бальзам - с причмоком, принюхом, охом и вздохом. "Это я теперь пить могу, а родители мне водки не давали: мол, детям не положено. А мне уже за 30 было, - обижается Явдоха. - А сейчас самогонку неправильную делают - из сахара, а надо из свеклы и патоки. Этот продукт специально в колхозе воровали. А теперь и украсть негде".

Как при таком знании вопроса Явдоха не спилась - тайна великая есть. Предполагаю, что дело в правильной закуси - пельменях сибирских, которые Явдоха по привычке зовет украинскими "галушками с мясом". Ест она их в серьезных количествах - как только организм выдерживает.

Еда и хозяйство для Явдохи завсегда были на первом месте: "Были у меня волы, коровы, куры, свиньи и четверо детей". А за Марка она вышла, потому что у него "хозяйство большое было и хата под бляхой". Хозяйство - в смысле имение, "бляха" - металлическая крыша. Сидя под ней, Евдокия чувствовала себя медной горы хозяйкой, да Юхима забыть так и не смогла. Мысль о нем Явдоха пронесла через войны. "Его убили на Первой мировой".

Своего первенца Явдоха родила в 41 год. Без медицинской помощи, одна, в хате - "как выплюнула". Еще трое Явдохе "достались в наследство" от первой жены Марка. "Я ему, когда сватался, царский прием устроила - теленка и овец с поросятами из хаты выгнала, пол подмела, соломы натрусила - даже не воняло почти. А тут и он: здравствуйте, как у вас красиво. Он вообще балованный был, из польских панов".

Явдохина "потемкинская деревня" произвела на Марка неизгладимое впечатление - взял он Явдоху к себе хозяйкой. "Дети к ней быстро привыкли - характер у нее не скандальный. "Наша баба - самая старая и лояльная в мире, - рассказывает теперь ее внук Михаил Диденко. - И юморная сильно - все на шутку переводит".

Самая главная Явдохина шутка получилась случайно, оказалась злой и запомнилась надолго. В 100 Явдохиных лет добрые селяне подарили ей самое нужное - гроб красивый. Явдоха не скривилась, не обиделась, только забросила презент подальше на чердак. Он пригодился очень скоро - в Явдохином гробу похоронили ее дочь. Как сказали в селе, вещь должна была найти применение.

Явдоха пережила всех, кто был ей дорог, - жениха, мужа, подружек, сестер, братьев, детей и почти всех внуков. О войнах Явдоха помнит все, но не точно: Первую мировую и Гражданскую называет "николаевскими", Вторую мировую - немецкой. Говорит, "в николаевскую немцы не такие вредные были. Проехали раз по селу. Они на броневиках, а наши против них - на кобылах, с шашками, зато с песнями. А в Отечественную немцы всю еду поотбирали". С тех пор Явдоха немцев не любит.

За свои 114 лет Явдоха выучила и претворила в жизнь главный свой непартийный лозунг: "Кто что сторожит, тот то и имеет". Во время голода 1933 года выжила, потому что отец охранял колхозное поле. В 50-х выдюжила, потому что сберегла свое зерно "от комиссаров". 90-е пережила потому, что ваучеры давали. Явдоха (тогда столетняя) сделала самое выгодное ваучерное вложение на всю Каменку: поменяла бумажки на ЗИЛ и КамАЗ, продала их и заработала сказочно. При этом Явдоха в машине ездила лишь раз - правнук Олег прокатил: "Баба просто как гонщик: села, перекрестилась, поехали, говорит. Даже за руль просилась".

Пока Явдоха беседует, "внучатая невестка" Света Диденко, депутат местного горсовета, накрывает на стол. "Это все бабино любимое - капустник, пельмени, горилка". Явдоха пьет молча и не чокаясь, весело косит голубым глазом и на том же голубом глазу говорит: "А вечор послабше была. Для гостей расстарались?"

Говорит, лучше всего ей жилось при панах. "Они поляками были и честные деньги платили. Потом добре было при Брежневе - деньги давали, и все в колхозе можно было брать. За ним какая-то шантрапа пошла, - политинформирует меня Явдоха. - Пенсию 12 рублей стали платить. Потом вообще прекратили деньги давать". Одна надежда информированной Явдохи на выборы: "Может, под них пенсию дадут. Теперь она, говорят, большая, долларов 50".

Возраст свой Явдоха от людей скрывала. Всё говорила, что ей 85, да праправнучка Катерина ее продала: "Бежала из школы на бабин день рождения, а меня спрашивают, сколько ей лет. Я честно сказала - 114. Меня засмеяли, а потом как глянули в бабины бумаги". Их у Явдохи много сохранилось. Народу она до сих пор предъявляет свой паспорт 50-х годов, где на мелкой фотографии молодая и красивая и косой обернута. Теперь от кос осталась седина и короткая стрижка: "У меня всё по-моднему".

В Явдохином роду мужики как-то не прижились: Марк, братья и сыновья "мерли один за одним". Постоянно готовая к черному дню, Явдоха стала запасаться "живым рублем". И так старательно его прятала, что аж сама забыла где. Недавно правнук нашел за печкой большие николаевские пятирублевки, да за ненадобностью сжег. В Каменке к кладам привыкли - это скифская земля, где шли казацкие бои Богдана Хмельницкого. Явдохины родичи находят на огородах монеты ХVII века, потому вскапывают их особо глубоко и тщательно. А в соседнем селе казаки якобы свой клад зарыли, да никто найти не может.

Один клад Явдоха все-таки обнаружила и сохранила - икону ХVII века. Для Явдохи она стала венчальной, она пронесла ее через войну. Она была в Явдохином доме, когда в него бомба попала: уцелела та часть хаты, где образ висел. Она досталась Явдохиной дочке - та умерла, как только передарила икону своему сыну. Теперь он, не особо щепетильный, готов икону "аж за 70 долларов продать - она ж черная, доска и доска".

Свою жизнь Явдоха вышила как рушник - "червонными и черными нитками". Черного оказалось больше, но Явдоха этого не заметила - "характер у нее оптимистический".

Забавлялась бы рекордсменка в доме престарелых, да родичи подумали: "Если откажемся от бабы, люди нам не простят". Они не могут быть Иванами, родства не помнящими: вся трехвековая история их рода - налицо, в белом платочке сидит, чарку поднимает. "Нам кажется, что она никогда не умрет. Ее жизнь - безразмерная. Она решила жить вечно - и пока получается".

"Большинство долгожителей отличается легким нравом"

Согласно исследованию, проведенному французским врачом Жоржем Гаруайаном, большинство долгожителей имеют небольшой рост, малый вес, они серьезно не болеют и не предаются излишествам. Все они отличаются легким нравом, положительным взглядом на жизнь и бесконфликтным характером. При этом число людей, которым "за 100", будет расти. В начале ХХII века их будет уже 2,2 миллиона человек.